Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:39 

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
Нет никакого промысла. Все сущее случайно. И никто не спасет нас, кроме нас самих.

19:28 

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
А, в целом, не слушайте меня - я вообще не человек.

19:26 

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
Идеальное не имеет значения. Как новые колокола Собора Парижской Богоматери - вызванивают мелодию ровно в точности согласно предположению. Но они всего лишь вызванивают её - музыку доносят, а не играют. Музыка - не звук, а отголосок немого слова. Не колебание струн идеально настроеного инструмента. Музыка - это чувство, история, недорассказанные и невысказанные мысли, израненные и больные души, праздник оканчивающейся вечности и хрустальной эксцентричности. Старые колокола не были идеальными. Но они были правильными. Что может быть хуже идеального? Ты, как оружие, дуло которого обязательно должно быть направлено в чью-то сторону, ты, стенающий от безделия при отсутствии цели, ощущающий себя бесполезным, ловящим губами экзистенцию, гонишься ли ты за идеальным? И тем живее ты чувствуешь себя, чем труднее твои намерения. Ты не идеален и в идеалах не нуждаешься, потому что они звонки, но пустующи, потому что они придуманы людьми, а люди плохо представляют себе то, что выдумали. Ты - какой угодно: жесткий, самонадеянный, открытый, невероятно целеустремленный, холодный и обходительный. Невозможный. Правильный. И это завораживает больше, чем совершенное.

@музыка: Мендельсон - Концерт для скрипки с оркестром

18:26 

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
Хочешь жрать - жри морковку, не хочешь морковку - не хочешь жрать.

20:50 

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
Понять её - это как звезды зажигать спичками.
Чего ты хочешь добиться от меня этими фразами горьче выкуренного пепла, этими розами, которые выросли из-под моих половиц и этими этажами, огромным расстоянием до плоскости, горячо любимой тобою плоскости, от которой меня чуть позже придётся отдирать вместе с асфальтом? Нужны ли тебе десятки выкуренных сигарет, десятки выкуренных мною сигарет, разбитых бутылок о мою пустую душу? Смотри, я собираюсь умирать. Чтобы никогда не вернуться, понимаешь? Видишь, я почти перестаю дышать. Мишура, сгустки пыли и ленточки - вот, что осталось от меня: хлам и мусор.
Моя любимая, моя горячо почтилюбимая, почему тебя так тянет к асфальту? Розы завили кустарниками всю мою комнату. Комнату, словно старый памятный обелиск или неухоженную могилу. Я ненавижу эти цветы, а ты прекрасно об этом осведомлена. Как результат, мне больно передвигаться по квартире и отовсюду, к тому же, вытекает кровь. Всё в крови. Пальцы, запястья, шея, плечи, локти, сгибы колен. А я даже не стану от этого чище - просто однажды захлебнусь в собственной крови. Ни дырявых крыш, ни сумасбродных компаний, ни алкоголя, ни изоляции. Просто слишком много крови в лёгких. Сейчас мне страшно, но потом не будет. Там, через некоторое время, наступает всепоглощающий ужас и мне нет никакого дела до тебя и твоего асфальта, до твоих новых отношений, до твоей едва-ли-любви (любви ли?) ко мне. До эстетики - как самого главного. До эстетики, которой всегда не хватало розам, а особенно - тем, которые растут из-под моих половиц. Приди и обрежь их. Хочу, чтобы ты избавила меня от этих отвратительных извращений. Сейчас же приди и обрежь их, чтобы я больше не резал о них ни руки, ни плечи, ни сгибы колен и чтобы перестала течь кровь. Отовсюду, буквально отовсюду, прекратить это, я этого не хочу. Ты едва ли выросла для такого, а я - тем более.

21:41 

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
— Эй, — окликнул Тень, — Хугин, Мунин или как там тебя? — Птица повернулась, недоверчиво склонила голову набок и уставилась на него своими блестящими глазами.
— Каркни «Никогда», — сказал Тень.
— Иди в жопу, — ответил ворон.

Нил Гейман, "Американские боги"


@темы: #литература

23:30 

Памяти Маяковского

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
Лиля, люби меня!
Лилия Юрьевна Брик.
Нас убивают любимые.
Эх...
А такой человек поник!

Мама!
Ваш сын очевидно болен.
Теперь уж -
точно,
слабея душой
и кровью.
Что за дело -
Он, будучи счастливым, -
обездолен,
Оставшись один на один
со своей любовью.

Мама!
Вините ли вы сына
за то,
что жил и не выжил?
Он, может,
и не был гением,
Но мастером был.
Хоть резким, а честным -
таким уж вышел
В шести томах.

Владимир Владимирович!
Читаем и пишем.


@темы: #литература, #поэзия, #памяти

22:55 

Это не поддается объяснению, так, словно свернутое измерение поселилось внутри меня

Туда, где розы отцветают осенью, простелена тернистая дорога. Изувечь стопы, ведь зачем тебе ноги, если под шерстяным плащом у тебя ещё остались крылья..
Здесь мокро и сыро. Больно.
И время снесло причалы.
Они мне служили. Плохо.
Теперь их закроют скалы.
А город теперь беззвучен,
Здесь влажно - дышать не хочется,
Раскраска бесцветной росписью
Рисует над самой пропастью.



@музыка: Сергей Рахманинов - Вокализ

Каждый из нас умирает не своей смертью

главная